Здесь бродят тени.
http://sg.uploads.ru/ZwBIA.gif

Вечер, 22.12.1977 г.. Лестрейндж-Холл.
Bellatrix Lestrange, Regulus Black, Lord Voldemort.

КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ ИГРЫ Для кого-то это обычный вечер, но для Регулуса — долгожданный случай наконец-то лично предстать перед своим кумиром. И поддержка кузины лишней не будет.

22018-12-09 16:21:45
Bellatrix Lestrange
ГОСТЬ

Зима выдалась снежная, холодная. За ночь все пути к Лестрейндж-холлу оказались занесены снегом, и трудолюбивые домовые эльфы потратили немало сил для того, чтобы расчистить одну только главную дорогу, ведущую к парадному входу через обширный парк. В декабре он казался особо зловещим: старые деревья тянули сухие, искривленные ветви к небу, взывая в безмолвной молитве, кустарники, без листьев казавшиеся омерзительно похожими на спутанные клубки омертвевших червей, норовили схватить каждого проходящего мимо за мантию, утянуть вглубь сада, а беседки, весной и летом обвитые плющом, уютные и гостеприимные, щерились железными завитками, словно монстры из лихорадочных ночных кошмаров, что снятся простуженным детям. Дом возвышался угрожающей каменной громадой и свет, что теплился в его окнах, не обещал заплутавшему в метель путнику ничего хорошего. В Лестрейндж-холле не любили непрошенных гостей. Но тех, кто был приглашен, встречали с особой помпой.
Впрочем, гость гостю рознь.

Беллатрикс стояла возле окна и молча наблюдала за тем, как домовые эльфы, в надежде хоть как-то украсить изуродованный холодами сад, творили свою магию и разбрасывали кругом светящиеся гирлянды желтоватых огоньков, покрывали стволы деревьев морозными узорами и ледяными кронами.
Когда они закончат, она прикажет избавиться от этой безвкусицы, а пока, чем меньше их в доме, тем лучше.

К прибытию Темного Лорда, она всегда предпочитала готовиться сама, никому не доверяя столь важное дело. И вот теперь, когда все было готово, она никак не могла понять, что ей не нравится: бокалы для виски, в которых отражается тусклый свет парящих по библиотеке — Его всегда приглашали сюда, в сердце дома, игнорируя правила, что гласили, будто гостей следует принимать исключительно в гостиной, — свечей или же подсвечники, обвитые коваными терновыми ветвями: антикварные безделушки, найденный миссис Лестрейндж где-то во Франции, стоявшие целые состояние, вызывающие внутреннее неприятие и желание побыстрее отвести от них взгляд. Поговаривали, будто они принадлежали талантливому волшебнику, сгнившему в Нурменгарде, и это была единственная причина, по которой Беллатрикс решила их оставить.
Она задумчиво закусывает губу и все-таки меняет бокалы для виски. Излишним вниманием к деталям заглушает беспокойство, поселившееся внутри с самого утра. Возвращается в покои и меняет фамильную фибулу Лестрейнджей, подаренную Родольфусом на прошлое Рождество, на аграф в форме свернувшейся в клубок змеи. Сегодня она в меньшей степени Блэк и Лестрейндж, но Пожиратель Смерти, что следует за Лордом и жаждет изменить мир, привести волшебников к свободе и прославить их. Смотрит на себя в зеркало, хмурится и нервно облизывает губы, пытаясь приготовить речь, хотя бы несколько фраз, но, как обычно, решает действовать по ситуации. В конце концов, сегодня не ее дебют.

Вздрагивает от неожиданности, когда эльф появляется с негромким характерным хлопком и сообщает о том, что Регулус Аркутурус Блэк уже прибыл и ожидает ее. Она косится на часы и отмечает, что до назначенного времени еще пятнадцать минут. Пунктуальность — вежливость королей. Регулус — пока еще только наследный принц.
Беллатрикс улыбается, надеясь, что Милорд будет рад, когда она представит ему кузена. В конце концов, Блэки, даже после предательства Сириуса и Андромеды, остаются одной из величайших семей магической Великобритании.

— Регулус! — она спускается по лестнице и улыбается, но излишне веселый и расслабленный тон все же выдает волнение. — Надеюсь, Тилси предложила тебе горячий чай или глинтвейн. Погода сегодня не радует, — она берет его руки в свои и легонько сжимает, желая подбодрить и выразить свою поддержку. — Волнуешься?

Когда они входят в библиотеку часы гулко бьют ровно семь раз.

— Милорд.

32018-12-12 12:17:51
Regulus Black
ГОСТЬ

Он мечтал о этом дне очень долго. Взрощенный на идеях превосходства чистокровности и господства собственной семьи над всей Британией, он просто не мог иначе. Семейные вечера, на которых собиралась вся его многочисленная родня — и это только обе ветви фамилии, больше напоминала заседание палаты лордов, где обсуждались события, браки, будущие планы и то, как все это повлияет на магический мир, на их, Блэков мир. Выросший среди политики и интриг, юный Регулус даже не представлял, что может стоять в стороне от судьбы волшебников и ни на что не влиять. Его оставалось только подтолкнуть, указать цель.
На самом деле Рег сегодня еще должен быть в школе, но письмо кузины резко изменило его личные планы, а письмо от его матушки Слизнорту позволило улизнуть из школы раньше позволенного. Конечно, у него крайне важный семейные обстоятельства — кто вообще решится спорить с Вальбургой Блэк?
Эта встреча выглядела вполне неожиданной, на первый взгляд. Что может быть более случайным, чем заглянувший к кузине соскучившийся после школьного заточения Регулус? Или то, что Темный Лорд пожелал провести этот вечер в доме своих вернейших сторонников? Но все прекрасно понимали, что без позволения величайшего темного мага ничего бы не было и эта мысль приводила Регулуса в восторг и трепет. Лично Он согласился провести свое время с ним, всего лишь школьником, Регулусом Блэком. Да, его именитая фамилия обычно открывала путь к знакомству с любым человеком, но Рег справедливо полагал, что это — не тот случай. Так что Блэк гордился собой в той же степени, как и страшился сделать что-то не то, ведь первое впечатление является самым важным, второго шанса вообще может и не быть.
Беллатрикс, его дорогая кузина встречает его у лестницы. Что бы он делал без нее? Точно не оказался бы здесь, это была ее заслуга. И сама эта встреча, и все, что к ней привело — его сестра была необычной, воинственной женщиной и именно она заразила Регулуса мыслью, что именно Темный Лорд этот тот лидер, что приведет чистокровных к былому величию. Так что было символично, что этот вечер был только для них троих, никаких посторонних, кто смог бы перехватить разговор на себя и помешать Регулусу насладиться его маленькой победой. Беллатрикс ему не конкурент, а вернейший союзник, он чувствует ее поддержку без слов, а уж когда волшебница берет сжимает его руки в жесте поддержки, Рег не может сдержать благодарной улыбки. Его руки холодные от волнения и это выдает его с головой, так что чашка чая — действительно хорошая идея.
— Я был бы глупцом, если бы не волновался, — тихо отвечает юноша, ему нет смысла храбриться перед кузиной, она все равно слишком хорошо его знает. — Да, твои эльфы хороши, как всегда, мне уже обещали мой любимый чай.
Перед дверью Регулус делает глубокий вдох-выдох, успокаивая себя. Он ждал этого момента так долго, что и не верится, что все происходит на самом деле. У Блэка нет заученных дежурных фраз на примете, хоть он много раз представлял себе эту встречу. Что бы там ни было, это будет одним из самых запоминающихся дней в его жизни.
Давно для себя решив, что пожатие руки в этом случае было бы слишком вульгарным, юноша кланяется — не подобострастно, но учтиво, не сводя взгляда заинтересованных темных глаз в величайшего мага их времени.
— Вечер добрый. Я Регулус Блэк и я очень рад наконец-то познакомиться с Вами лично.

42019-01-03 13:16:32
Lord Voldemort
TRANSCENDENCE
post:184mark:88
Lord Voldemort
ЛОРД ВОЛДЕМОРТ
53; полукровен; террорист, исследователь, идеолог, лидер и опора тех, кто осознаёт истинное превосходство магии
РЕПУТАЦИЯ: +877
А ведь когда-то Тёмный Лорд почти мечтал стать преподавателем. Достаточно стабильно и рационально жаждал, будучи не против отдать себя не только рукам всевластия, но и единственному месту во всём мире, ставшему ему сколько-нибудь ценным; не только с точки зрения сокрытых загадок, разбросанных по окрестностям и подвалам Хогвартса, и не только из-за влияния на молодые умы. Единственный момент его жизни, имевший намёк на лирику, достаточно значимую, чтобы повторить её дважды — учтиво убедиться в невозможности, дабы после свернуть и привести свой путь к войне. Не только свой, но всей страны; всего мира — в перспективе.

Не сказать, что он любил детей — разве Лорд вообще любил хоть кого-то, включая себя? — как и не сказать, что преподавателем он был бы деликатным и понимающим. Однако строгим, прямым и в крайней степени эффективным — да. Харизматичным ли или страшным, пугающим ли или умевшим увлекать — другой вопрос, но стать с противоположной Дамблдору стороны в смысле высоких отзывов по иной методологии как об учителе смог бы вполне. Как и всегда: так, чтобы не прикапаться, что бы не скрывалось за кулисами.

В каком-то смысле, его нынешнее дело продолжило давнюю задумку. Он воспитывал и обучал, но не детей. Магов. Настоящих, полноценных, значимых. Магов, которые передавали свою значимость и чистоту из поколения в поколение, что Волдеморт уже имел возможность наблюдать. И, если говорить что с точки зрения прагматизма, что с точки зрения гордости, едва ли в это время можно было найти зрелище более отрадное, чем эта преемственность, чем воспитываемая в правильном ключе молодёжь. За ними будущее, и если настоящее позволяло сохранять хотя бы горстке волшебников их достоинство, то всё, значит, двигалось в верном направлении. И, коли так, Лорд готов лично встречать каждого нового юнца, будь то доброволец или отпрыск его идейных последователей. Они не должны свернуть с верной дороги, потому крупицу своей бесконечности он уделит каждому, кому это будет необходимо, чтобы пустить корни и не сдуться ветром.

Беллатрикс — ведьма образцовая, исключительная, такая, к бытию какой стоило так или иначе стремиться всем другим волшебницам — он не отказал тоже. Мог бы, но имелся ли смысл? Она выросла правильной волшебницей, слушая свою кровь и её зов, и было бы странным не поддержать в этом пути её родственную душу.

Не все Блэки являлись его приспешниками, что, само собой, не радовало, несмотря на общую приверженность идеям о чистоте крови. Поддержка — неплохо, активная поддержка — лучше, эффективнее, результативнее. Потому о Регулусе, что от Беллатрикс, что от других представителей своего окружения, он так или иначе слышал — даже от попечителей Хогвартса, в число которых входили в том числе и его сторонники. Потому, когда выпала возможность познакомить мальчишку с ним лично, закрепив тем самым в голове и где-то глубже образ да фигуру для следования, Тёмный Лорд таковую не упустил.

— Беллатрикс, Регулус, — он стоял у одного из стеллажей, однако никакой книги не читал и не держал, ожидая гостей. Показательно себя ничем не занимал. Его внимание сегодня — на ближайшее время — будет на юном Блэке. Пускай это почувствует, оценит, запомнит и никогда не забудет. — Мне много рассказывали о тебе. И вот ты наконец-то здесь, а в истинности услышанного можно убедиться лично, — тёмные глаза не то змеи, не то человека, не то дементороподобного существа, облаченного в личину человека, смотрят прямо на юного мага, заглядывая и прощупывая его, окутывая и опуская в саму пустоту. Рука меж тем приглашающим жестом указала на стоявшее в стороне кресло. — Можешь пока что оставить нас, — ведьме.

Сам Лорд также прошёл к одному из них, устроившись. Он не имел заранее заготовленного черновика диалога, однако это и было не нужно. Перед ним человек, открытая книга, и лучшее — это подбирать главы и слова под то, что маг увидел перед собой. Если для Регулуса эффективнее и понятнее просто молчать — что же, посидят, помолчат. В библиотеке, в каком-то смысле, так и положено. Вот только мальчишка не походил на того, кто бы столь бездарно потратил выпавшую ему возможность. В его глазах наблюдались интерес, любопытство, интригам и покалывающие переживания.

— Но я хочу, чтобы ты сам рассказал о себе то, что думаешь. Что считаешь важным. Что тебя беспокоит, — взгляд прям и направлен на Блэка. Пускай не беспокоится о Беллатрикс, что она знает и что позже будет присутствовать; ей Лорд доверял практически исключительно, насколько вообще было ему свойственно в принципе. Этих двоих роднила магическая кровь, что значило куда больше, чем казалось. Особенно при наличии оступившихся родственников, почти ровесников, о которых Тёмный Лорд также был наслышан. Никогда не поздно узнавать друг о друге новое, чтобы продолжить путь, не расходясь, не так ли? Потому ведьма и привела Ругулуса, в том числе чтобы сохранить и усилить связь между исконными Блэками, между семьями, между волшебниками. Мальчишка ещё оценит это её решение, и не раз. И без того слишком много магических потерь, коих станет ещё больше. Уже скоро.

I burned all the good things in The Eden Eye; we were too dead to die,
already died and went away; and we can never repair
http://s7.uploads.ru/O2vYl.gif http://s7.uploads.ru/umOyS.gif http://sh.uploads.ru/Alq9J.gif
« Бездушие — это бездумная и безликая бездна.
Юрий Зарожный

ПрофильE-mail
52019-01-18 19:23:41
Regulus Black
ГОСТЬ

Первое, что замечает юноша, входя в библиотеку — темную фигуру, стоящую у шкафов. Ему доводилось встречать людей, которые считали библиотеку лишь комнатой, местом для более личного разговора, чем те же гостиная или столовая, но этот маг явно обращает внимание на книги и Блэка это неосознанно успокаивает. Библиотека Лестрейнджей ему знакома хуже, чем его собственная, но он провел здесь достаточно времени, так что мог бы подсказать, где искать самые интересные или редкие экземпляры. Но Лорд не говорит о книгах, так что Рег молчит.
Он много раз пытался представить себе эту встречу, но отчетливо понимал, насколько сильно реальность будет отличаться от всех его предположений. Рег мог похвастаться, что у него наверняка самое полное собрание газетных вырезок о Лорде во всей Англии, но этого явно было недостаточно. Да и рассказы тех, кто уже встречал его, не могли заменить собственные впечатления. Стоя посреди библиотеки под внимательным взглядом мага, Блэк особенно остро понимал, насколько скудны его познания. Но это не мешало восхищаться идеями и надеждой на возрождение, которая забрезжила с появлением Темного Лорда. Так что сейчас, при встрече, Регулус пытается сделать выводы по первому, хотя бы визуальному впечатлению — кого же он видит перед собой? Лорд даже выглядит иначе, чем-то пока сложно уловимо, но отличаясь от всех людей, которые встречались молодому волшебнику. Но это не пугает, не настораживает, Рег даже воспринимает как должное — как доказательство отличия потомка Салазара Слизерина, его величия и власти, а значит, и успеха его пути. Конечно, Регулус сгорает от желания узнать, что же Лорд мог слышал о нем, столь юном. Логика и немного тщеславия подсказывают, что это наверняка что-то положительное, что же еще могут говорить о нем, идеальном сыне. В этот момент он благодарен своей многочисленной семье, ее сплоченности и влиянию, благодаря которым сам темнейший маг Великобритании знает о существовании его, мальчишки, школьника. Немного он благодарен даже Сириусу за его постыдный побег — не поступи его старший брат так опрометчиво, семейство Блэков не стало бы на все лады расхваливать достоинства Регулуса, оставим ему незаметную роль второго сына.
Последняя короткая фраза — для Беллатрикс, будто выбивает землю из под ног Блэка, он бросает быстрый взгляд на кузину и провожает ее уход взглядом несколько коротких мгновений. Как и она, Регулус безропотно подчиняется этому приказу, хоть он ожидал совсем иного формата встречи, которая теперь уже перестала иметь видимость случайной. Конечно, меньше всего сейчас юношу волновал формальный этикет, согласно которому выпроводить хозяйку дома всего одной фразой было невозможно. Рега волновало не это — он рассчитывал на поддержку сестры, на ее умение вести разговор, на незаметные жесты и ободряющие взгляды, в ее присутствии он чувствовал себя увереннее. А теперь он остался один. Стараясь не слишком выдать своей растерянности, Блэк поудобнее устроился в кресле — чувство комфорта ему сегодня понадобится.
— Что ж, надеюсь не разочаровать, — полушутя-полусерьезно откликается юноша. Темный Лорд и тут диктует свои правила общения, видимо не желая постепенно узнавать Регулуса в ходе беседы. Но он имеет такое право — более того, молодой маг даже усматривает в этом особый интерес и даже расположение, по крайней мере хочет в это верить. Но, право, как уложить свои лучшие качества и мысли в одну речь, да еще и не слишком длинную, чтобы не утомить собеседника? Регулус озадачен, никогда не задавал ему подобных вопросов, по крайней мере не рассчитывал на честный ответ. Но лукавить в разговоре с тем, кем восторгаешься столько лет — как можно? — Я Блэк. Я очень дорожу и горжусь своей семьей, нашими устоями и традициями. Люблю квиддич, играю ловцом — но верю не в удачу и случай, а свой талант и усилия. Отчасти можно признать, что я слишком осторожен, отчасти — что консервативен, но я не считаю эти качества такими уж недостойными. Да, я юн и неопытен, но я умею слушать, знаю грустную правду нашего заката, ведь большая половина моей семьи в Визенгамоте и они в меньшинстве, проигрывая новым диковинным идеям, меняющим устои Магической Британии, которые приносят выходцы из маггловского мира.— Наконец-то он осмелел настолько, чтобы поднять глаза, без вызова, но очень внимательно смотря на Лорда. — Я не хочу ждать еще тридцать-пятьдесят лет, чтобы получить возможность хоть как-то влиять на магический уклад, тем более, тогда может быть уже поздно. Вы же...можете влиять уже сейчас, поэтому я здесь, поэтому так хотел с Вами познакомиться. Меня восхищает необычность пути, который Вы выбрали и то, что это нам несет.
В комнате появился домовик — он принес им обещанный чай, о котором Рег уже успел забыть. Он взял чашку в руки, отмечая, что его руки уже перестали быть такими холодными.

62019-01-29 01:31:13
Lord Voldemort
TRANSCENDENCE
post:184mark:88
Lord Voldemort
ЛОРД ВОЛДЕМОРТ
53; полукровен; террорист, исследователь, идеолог, лидер и опора тех, кто осознаёт истинное превосходство магии
РЕПУТАЦИЯ: +877
Юный маг достаточно контактен, не забит, способен общаться и представлять себя. Лорд ощущал в нём самоуверенность и максимализм — первое, что бросалось при изучении данного человека. Высокая внутренняя эмоциональность, спонтанность в решениях при общей способности что мыслить, что становиться приверженцем собственной веры, обретаемой не за просто так, надолго. Непонятно, склонен ли он к фанатизму, связано это с амбициями или возрастом, или с тем исключительным статусом Блэка, что подразумевал под собой и участие в делах великих, праведных (чего, к слову, его семейство активно избегало, оставалось в стороне), однако глубину засевшего в молодой мозг мужчина уловил. В каком-то смысле, прощупал. Вовсе не через каналы слов. Как и решительность, как и некоторую наглость, как и готовность не стоять на месте, отдавая — безрассудно или взвешенно — всё, что он мог себе позволить, дабы внести вклад в то, во что поверил бы.

Волдеморт не заглядывал в его разум, в глубинное сознание, не затрагивал и подсознание, лишь касался вибраций и характера мальчишки, расковыривая верхнюю кожу чёрными длинными когтистыми лапами; разумеется, фигурально. В буквальном смысле ничего, кроме взгляда и разговора, не происходило. К слову о разговоре: его Тёмный Лорд решил повести достаточно... нелинейно. Не закрывать тему за темой, но плавать между ними, чтобы лучше прощупать нутро мальчишки, ухватиться за его стержень и проверить таковой на пригодность. Нынешнее поколение Блэков (то самое, что по части Вальбурги) допускало достаточно... много ошибок в воспитании, что для семьи — и волшебного сообщества в целом — уже стало богато на последствия. А где есть одно зерно, там может обнаружиться и второе. Тогда его стоило вовремя подхватить и применить меры. В каком-то смысле, мальчишка сам обезопасил себя, пожелав встретиться с Тёмным Лордом лично. Максимализм ведь как: имел свойство увязать со временем, угасать и улетучиваться при отсутствии подпитки. При наименее благоприятном исходе — превращаться в разочарование. Разочарование вне благого дела — деструктивизм.

— Как ты думаешь, Регулус, каким на практике будет тот путь, что я избрал? — всё это время маг не отводил от Блэка взгляда, и теперь, когда тот решился поднять на него глаза — что же, допустим — смотрел прямо в них. Тёмные в тёмные; только в первом случае тёмные — это цветовое определение, а во втором — описание вне рамок гаммы, сама суть их содержимого. — Какой вклад, кроме чистейшей древней крови и уважения к магии, ты можешь сделать? Как тебе умается, насколько далеко ты готов зайти, чем рисковать? — Лорд немного наклонил голову в бок, опустив подбородок ниже. Его аккуратная рука — интересно, как столь уродливое содержимое могло облачаться в красоту — потянулась за чашкой, чтобы сделать глоток. На деле чая вовсе не хотелось, однако целью Волдеморта было вовсе не испугать Регулуса, как и не давить на него; больше положенного. Им предстоял, вполне вероятно, достаточно долгий и содержательный диалог, а животный ужас и ступор совсем не располагают к подобному. Страх — механизм, что использовать стоило далеко не в каждой ситуации и не с каждым человеком. Не сейчас.

I burned all the good things in The Eden Eye; we were too dead to die,
already died and went away; and we can never repair
http://s7.uploads.ru/O2vYl.gif http://s7.uploads.ru/umOyS.gif http://sh.uploads.ru/Alq9J.gif
« Бездушие — это бездумная и безликая бездна.
Юрий Зарожный

ПрофильE-mail
72019-02-05 20:20:09
Regulus Black
ГОСТЬ

Того, кто услыхал Всесильный Зов, уже ничто не сможет удержать.
Юнец безусый день и ночь готов под окнами учителя стоять.
Чтоб с тайны естества сорвать покров, чтоб нити бытия с Богами прясть,
То к магии безумная любовь — пред ней не устоять...
Последнее Испытание

Легкий аромат липового цвета явственно исходит от его чая, такой неуместный, почти неправильный здесь, в этой большой наполненной старыми книгами комнате, когда за окном лежит сугробами снег и воет холодный ветер. Но напиток успокаивает, придает уверенности и будто напоминает, что происходящее — лишь светская беседа. Почти о политике. Что же чувствуешь, когда встречаешься со своим богом? Регулус давно мечтал это узнать. Лорд, известный своим впечатляющим ораторским искусством убеждения, отчего то предпочитал слушать его, Блэка, а не говорить самому. Это волновало, заставляло нервничать и чувствовать свою значимость одновременно. Почти забавно.
Победоносным.
Каким же еще может быть путь столь правильный и чистый? Нет, скорее даже очищающий. Было что-то удивительно заманчивое в этих разгорающихся искрах сопротивления, которые было невозможно не заметить — магический Альбион с замиранием открывал утренние газеты, ожидая, случилось ли сегодня что-то особенное. Регулус со свойственным его возрасту максимализмом и налетом романтики отнесся к этим новым событиям и тем, кто стоял за ними. Его собственный класс сдавал позиции одна за другой, упуская свое превосходство, на котором стояли целые поколения — этот мир, волшебный мир, будто рушился. Слишком много выходцев из семей магглов, которых теперь нужно слушать, слишком много закостенелых дураков, которые или не могут или не хотят им противостоять. Политикой дело не решить, об этом давно говорили те, кто посмелее, и одобрение этих разрушительных для правящей власти напоминаний о себе, запугиваний и устрашения все больше охватывало старые чистокровные семьи, будто просыпающиеся от тяжелого сна, как легендарный Артур, чтобы отстоять свою власть и наследие. Появившегося будто из неоткуда Лорда никто толком не знал, а значит и слухи ходили один диковиннее другого, но Рег, вслед за кузиной, поверил, что действия этого человека приведут их к заветной цели. Но, право же, рассказывать Лорду, каким он, мальчишка Блэков, видит этот путь было даже неловко.
— Будет? Разве он уже не намечен? — Блэк переспрашивает осторожно, без вызова или особого удивления. — Не смею утверждать, что понимаю все, но думаю, что Ваш путь — иной. Более древний, если так можно сказать — власти можно добиться силой, а она у Вас есть. — Регулусу стоит некоторых усилий сдержаться и не выдать то, что следующий вопрос будто окатывает его ледяным потоком воды и он вновь вспоминает свои сомнения и страхи, в нем просыпается неуверенность в том, что вообще достоин сидеть здесь сейчас и тратить время великого мага. Да, он чистокровен, хорош в школьных дисциплинах, в полетах, этикете и обширной сети родственных связей, но что он может дать Темному Лорду кроме своей щенячьей преданности? Регулус боготворит Лорда и свято верит в истинность пути, но разве этого было достаточно? Разве хватит у него сил и решительности быть достойным, быть воином, в конце концов? Беллатрикс могла, но она всегда была другой, с видимым стержнем характера — а что же он? Сомнения юности, вечного пребывания в тени более ярких волшебников говорили в нем, но Регулус был слишком Блэком, чтобы не верить в себя и в свое право выбирать сторону. — Я понимаю, что слишком молод и пока мало что могу принести, кроме своего безграничного восхищения. Но я готов учиться и пойти так далеко, как потребуется.
Упрямый, Рег искренне верит в то, что говорит — это видно по его взгляду. Сейчас ни чай, ни обстановка, ни отсутствие или присутствие кузины вдруг стали не важны — только мнение сидящего перед ним человека, то мнение, которое он так хотел услышать.

82019-02-08 17:41:49
Lord Voldemort
TRANSCENDENCE
post:184mark:88
Lord Voldemort
ЛОРД ВОЛДЕМОРТ
53; полукровен; террорист, исследователь, идеолог, лидер и опора тех, кто осознаёт истинное превосходство магии
РЕПУТАЦИЯ: +877
Юность — это интересная пора. Исключительно полезная и самая опасная. Она дарила веру, она же в момент её забирала. Она придавала силы и формировала смысл жизни, но она же ранила, жестоко и куда более показательно, чем в возрасте более раннем или зрелом. Тёмный Лорд знал это, ведь сам когда-то тоже был юн, хоть его юность, как и жизнь в целом, едва ли являлась стандартом, исключив многое из того, что обычного относили к этому яркому, живому, подвижному периоду жизни. Его юность не продлилась долго, и, наверное, ей и не следовало, ведь даже детства как такового маг оказался лишён; на благо. Потерял слишком много времени в силу детского простоя: запаса и бессмысленной траты в попытке нагнать то, чего не было и чего не состоялось изначально, попросту не было. Потому Тёмный Лорд пошёл дальше, оказавшись дальше, чем любой из магов, людей, существ как таковых. Но, право слово, его история — это не история Регулуса Блэка. Юноша пошёл по пути во многом стандартному, привычному, полноценному. И это хорошо. Это проще для работы, понимания и прощупывания. Бытие Блэком, в конце-то концов, это само по себе следование традиционной истории, идущей по прямой с иногда случающимися... курьёзами. Вроде Андромеды. Что, снова, несло для Ругулуса скорее показательно-воспитательный, нежели личный или какой бы то ни было ещё урок. Он юн, и его юность — вот что проходило сквозь него красной нитью. Было наибольшей силой и сильнейшей из слабостей. Зависело от того, как с ней обращаться.

Ему повезло: его юность выпала на очень непростое, интересное и показательное время. Идеальное для того, чтобы делать правильные выводы. Идеальное для того, чтобы обрести смысл жизни и возможность борьбы за него. Идеальное для того, чтобы запомнить и понести это в будущее.

— То, что было прежде, Регулус... я называю это их путём, по их правилам. Тех, что исходят к трусости и самому парадоксальному из ведомых мне страхов: боязни оказаться свободными, — брови немного приподнялись, плавно опустившись в прежнее положение прежде. Он весь плавный, как нетороплива, гибка и чарующа змея, когда ползёт и не спешит нападать. Голос спокоен, размерен, приятен и бархатен, но сколько смысла, сколько ужасов на самом деле таилось в нём. Маг неизменно не торопился, отслеживая внешние и внутренние изменения в собеседнике. Это, право, бывало достаточно занимательно время от времени. Максимально не очищено, честно и подобно открытой книге с известным содержанием, но прежде никем не тронутой; книгой, в которой тебе посвящена не одна глава. Понимаете? Едва ли. — Твоя семья имеет древнюю историю, уходящую далеко за подписание Статута. И кое-что о свободе ещё с тех времён твоим предкам ужалось донести до настоящего времени, сколь бы испуганный, загнанный и испачкавшийся внешний мир не пытался отнять у вас эти великие крупицы, — Лорд знал, что от него хотели слов. Мотивации. Пояснений. Той демонстрации, что делала из пшеницы растение, без которого человек не видел своей жизни, а из человека — Бога. Право слово, это неизменно просто. И неизменно истинно. Регулус ведь отзывался на разговор охотно, в готовности, натянувшись внутренне, закипев всяким-разным, от восторга и до сомнений в себе, близких к краху. Ничего из этого упущено не было, но и едва ли многое — что-то вообще — будет озвучено ему об этом. Возможно. — Тот путь — прежний — был спокоен, линеен и тупиков. Он был отдан бумагам, лозунгам, бюрократии, в нём не было... ни решимости, ни жизни. Но те указатели более не нужны, то была лишь сторонняя дорога. Сейчас я, Пожиратели, всё магическое сообщество — отказались от мер, более неэффективных, — глоток чая. Бездонные всепоглощающие глаза за гранью жизни и смерти, знаний и вопросов, опустились, заглядывая в содержимое чашки. — Теперь важны лишь действия, внутренний огонь и решимость. То, что было отнято у волшебников по их от природы светлой, не завистливой натурой, и то, чего многим из них не хватает теперь, чтобы вернуть себе величие и саму магию, — пауза, глаза снова подняты на мальчишку. Маг неизменно спокоен. Они ведь уже успели перейти на вклад самого Блэка — в таком случае, пускай попробует найти связь и выхватить идеи, предположения, догадки и допущения из услышанного только что. Лорд дал ему их немало. — Ты понимаешь, о чём говорю, Регулус? — немного наклонившись к нему спросил, беззвучно постучав пальцами по обивке кресла. Прямой, тяжёлый, неотрывный взгляд уставлен прямо на мальчишку. Лорд ждал ответа. Не сразу: пускай не торопится, пускай подумает, пускай пропустит через себя. Обдумает, прокрутит ещё несколько раз. То, чего ожидал от всего этого, от объявившихся Пожирателях, о мире и о том, насколько готов был к тому, к чему вёл Тёмный Лорд. Их здесь всего двое, чашки с чаем так и не опустели и, право слово, пускай не торопится. Им некуда торопиться. Не здесь и не сейчас. Этот разговор Блэк обязан запомнить на всю жизнь, потому имелся смысл потрудиться над ним и его содержимым.

I burned all the good things in The Eden Eye; we were too dead to die,
already died and went away; and we can never repair
http://s7.uploads.ru/O2vYl.gif http://s7.uploads.ru/umOyS.gif http://sh.uploads.ru/Alq9J.gif
« Бездушие — это бездумная и безликая бездна.
Юрий Зарожный

ПрофильE-mail
92019-02-16 13:32:16
Regulus Black
ГОСТЬ

Что Регулус знает о свободе, чувствовал ли он ее когда нибудь? Может быть в далеком детстве, когда ему ввиду возраста многое прощалось и все рамки были лишь игрой, в которую иногда было интересно играть, а все остальное время — наслаждаться жизнью, позволяя себе говорить и делать то, что вздумается. Его детство не было таким уж идеальным — по крайней мере не настолько, как могло быть. Чтобы уберечься от повторения судьбы, Вальбурга держала его в поистине ежовых рукавицах и держит до сих пор, не веря, что ее мальчик не оступится.
Что Регулус знает о борьбе? Мысли о ней будоражат кровь юных слизеринцев, когда они говорят о будущем — не без пафоса и гордости хвастаясь теми крохами информации, которые смогли узнать или попросту приукрасить, чтоб придать себе вес. Да, в последние годы и Дуэльный клуб стал популярен, как никогда — и противники, и союзники не считают лишним взяться за палочки и определить, кто может победно улыбаться в конце поединка, имея право считаться лучшим — по крайней мере, пока кто-то другой не найдет в старых книгах новое хитрое заклинание и не уложит наглеца на обе лопатки. У Блэка здесь было преимущество — Беллатрикс. Конечно, она не могла открыть ему что-то важное из-за ореола тотальной секретности, но могла поддержать разговором о идеях, и даже помочь ему с некоторыми боевыми заклинаниями, так что Регулус чувствовал себя более значимым и подготовленным, но что он знал наверняка? Что, может быть, заслужив уважение в грядущей войне, он не станет просто еще одним Блэком из этой многочисленной семьи, Рег хочет стать тем Блэком, которого запомнят надолго. Изменить магическое общество к лучшему, вернуть чистокровным былое величие — что же может быть лучшей мечтой? Он не только сможет говорить с ленивой полуулыбкой "Да, я был среди тех, кто помогал Лорду строить этот прекрасный мир", но и будет наконец свободен, а не вынужден вечно стремиться заслужить одобрение, внимание, гордость и любовь своей семьи, попутно исправляя незавидное впечатление в обществе от ошибок своих брата и кузины. Регулус жил в оковах правил, и, как и все юноши, задыхался в них. В борьбе же он видел свой личный шанс выбраться. Но свобода, в том идеалистическом представлении, была и другой, более широкой — об этом Регулус тоже не позволял себе забыть, самоуверенно веря, что по праву рождения несет некую ответственность, как привилегию.
— Свобода — это то, что мы, маги, давно теряем. Как и в нашем обществе, где куда ни ткни — ограничивающие, очерняющие то, что еще вчера было нормальными и правильным, законы, которые протащили грязнокровки и магглолюбцы, что в мире в целом, ведь само существование Статута достаточно унизительно — мы защищаем магглов от нашего влияния, хотя в это время перебежчики из их мира уничтожают наш. — У Блэка не было отдающих душком идей, что волшебники должны править магглами, но он считал неправильным и то, что маги вынуждены и скрывать свое существование, терпя при этом столько неудобств. В честь чего такие жертвы, ради этих недалеких, ограниченных существ? Брезгливость и снобизм были выпестованы в нем годами семье и окружением, превратив в рафинированную версию чистокровного аристократа, которую он являл собой сейчас. — Политикой и бюрократией не победить, это начинают признавать даже самые упрямые и закостенелые в высшем свете. Если это и было возможно когда-то, то это время уже упущено.
Слушая о старом пути, Блэк только понимающе кивает, почти машинально поднося чашку к губам — он хоть и хотел бы послушать, но не собирается уточнять, что же именно уже делал Лорд на это поприще — это было бы слишком наглым и абсолютно лишним. Как и многие, Регулус заранее поверил в то, что этот волшебник достоин; как и не многие, удостоенные встречи, убеждался сейчас, что это действительно так. Без сомнения, чистокровные пытались остановить вмешательство в магический мир, в сферы своего влияния и возможностей более менее законными способами, но получалось ли из этого хоть что-то путное? Вырывая маленькие победы, они все равно проигрывали войну, наблюдая за тем, как магическое общество неизменно меняется под новыми веяниями, забывая о сути магии, подменяя понятия, отказываясь от традиций, слишком смазывая границы между мирами. Регулус понимает, по крайней мере хочет верить, что понимает — слова Лорда задевают нужные струны его души, звучат будто в унисон с его собственными мыслями, но более изящно и правильно.
— Огонь и решительность в Блэках совсем не угасли и я буду рад возможности доказать это — дайте мне шанс.

102019-03-20 17:40:50
Lord Voldemort
TRANSCENDENCE
post:184mark:88
Lord Voldemort
ЛОРД ВОЛДЕМОРТ
53; полукровен; террорист, исследователь, идеолог, лидер и опора тех, кто осознаёт истинное превосходство магии
РЕПУТАЦИЯ: +877
Сложить точного мнения, конечного, чтобы с конкретным определением "хорошо" или "плохо", о Регулусе Лорд ещё не успел, торопиться и не спешил. Так уж вышло, что Блэки — это не только одна из древнейших магических семей всей Британии, но ещё и одна из самых своеобразных, что в крайних поколениях просматривалось более прочих. Первые признаки вырождения посредством инцеста, знакомые Лорду по истории Гонтов. Воспитание, некая форма консервации, при том, что исконно-правильные идеи, скорее даже ценности, оставались при семье, не утеряв базовых истинных, каким бы следовало придерживаться волшебникам как таковым. Но дело даже не в том: исходя из нынешнего положения, именно Регулус являлся тем, кому в будущем с большей вероятностью предстояло перенять на себя не только родовое наследие, но и стать главой такового, когда придёт час. Это ответственность более чем массивная и великая. Требовавшая непомерно много от человека. Качеств, знаний, способностей и стойкости. Не мягкости, но стержня. Не дипломатичности, а мудрости. Не страхов, а опасений. Не эгоизма и внутренней драмы, а амбиций и небезразличия. И если на словах у Волдеморта складывалось впечатление, что юный Блэк впитал всё, что необходимо было, и теперь способен это продолжить, затаивать и укрепить, то с внутренним, более глубинным содержанием... Якоря, что зацепился бы за дно, мужчина не чувствовал. То ли пока, то ли совсем. А значит, к мальчишке стоило присмотреться. И взяться за его слабые места, пока и у того что-то не пошло не так. Если, конечно, в этом маге изначально заложено и достаточно гордости, и достаточно силы, чтобы вынести всё то давление, ответственность и предназначение, что положено ему. Если не так, то Блэки могут остаться без наследника, а значит им стоило бы обзавестись ещё несколькими. Лорд в этом смысле циничен, но прост в своей практичности — жизнь так работала. Никто, кто не являлся больше чем человека, не был бесконечно бесценен, и его всегда можно будет заменить. С большей или меньшей потерей или преимуществом. Что, впрочем, зачастую являлось самым неблагоприятным среди всех вариантов, самым затратным. Во всех смыслах. И особенно — в упущенном времени.

— Унизительно, — процедил ни то с омерзением, ни то с неудовольствием, ни то с особой важностью этого слова. Совершенно понятно: не оспаривал и не выступал против него. Юнец правильно подобрал слова. — Очень верное определение, — маг немного закинул голову, едва прищурив погранично-с-человеческими тёмные глаза, продолжая смотреть прямо на Блэка. — Нынче бытие волшебником — позор. Познание магии — позор. Приверженность магическим ценностям — насмехательство со стороны более примитивных созданий, которые только и способны что обвинять, — лишь в подтверждение слов Регулуса. Пускай знает и вдохновляется тем, что прав. Из уст того, чьи слова имели и смысл, и вес, и ценность, и право быть не только произнесёнными, но и воспринятыми. - Однако же, сами маги позволяют проделывать это с собой. Это их опущение и ошибка. И это же то, чему нам предстоит положить конец, перестав следовать слепому примеру, — замолчал, всматриваясь в глаза молодого волшебника. Не та тишина, которую стоило нарушать, пока Волдеморт сам этого не сделает.

— Если я дам тебе шанс, Регулус, — наконец, холодный, обездвиженный, замерший воздух вновь осторожно шевельнулся. Управляемо, буквально по указке, если таковое возможно ощутить. — На что ты готов пойти для того, чтобы твой род и его наследие получили то, чего заслуживают? По-настоящему заслуживают. А что... пугает тебя? — потому что в каждом полно страхов. Лорду важно, чтобы мальчишка сам их озвучил, чтобы сам себе помог. — Когда над миром нависает угроза войны, а для части этого мира и вовсе — уничтожения, приходится балансировать на грани готовности и страхов. Видеть в отражении не себя, но своего боггарта. Изо дня в день. Пока не наступит победа, — быть может маг звучал настойчиво, пугающе, сложно, пессимистично, напористо — как угодно. Но коли юный Блэк решителен в своих словах и пожелал прийти в целом, как и озвучить то, что озвучил, то пускай понимает, к чему клонил Волдеморт и с чем тому предстояло столкнуться — гарантированно столкнуться — в случае присоединения к числу тех, кто боролся, а не ждал, разбрасываясь словами или отсиживаясь в молчании.