Черным сердцам есть что скрывать
http://sd.uploads.ru/8xSRP.gifhttp://s7 … /AvLa7.gif

24.12.1979 г., Эссекс, Лестрендж-Холл.
Bellatrix Lestrange, Regulus Black.

КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ ИГРЫ
Окклюменция — очень полезное умение и юный Регулус давно хотел научиться им владеть. Но подобрать учителя не так то просто, ведь сложно пустить кого-то чужого в свои воспоминания, игры с сознанием — не шутка. Беллатрикс согласна помочь кузену, при условии, что каждый из них останется при своих тайнах.

22018-11-05 19:47:51
Bellatrix Lestrange
ГОСТЬ

Канун Рождества — поистине волшебное время. Запах хвои, апельсиновой цедры, корицы и имбиря, разносящиеся по дому, блестящие старинные игрушки, украшающие массивные ветви ели, переливающиеся в свете парящих вокруг свечей, пирожки с сухофруктами и бокал бренди, чтобы задобрить Отца Рождества и его эльфов, под елкой — так велик соблазн съесть хотя бы один, — веточки остролиста, омела и сладости из кондитерской Шугарплама и Сладкого королевства.
Но лучше всего ужин, когда вся семья собиралась за столом и дядя Орион рассказывал истории из своих путешествий, отец шутливо ворчал, мол, что за выдумки, такого быть не может, а тетя Вальбурга строгим голосом раздавала приказы эльфам и запрещала детям есть много сладостей, ведь они вредны для зубов и пищеварения.

Беллатрикс обожала Рождество. Ей нравилось, что в отличие от большинства чистокровных семей, Блэки проводят его дома, пренебрегая приглашениями на рождественские балы и приемы. «Семья превыше всего», — говорил отец, когда Нарцисса, надув губы, спрашивала почему хотя бы в этом году они не могут отправиться на прием к Розье или Яксли. И Беллатрикс была с ним полностью согласна.

В Лестрейндж-холле атмосфера в канун Рождества была не хуже, чем в поместье Блэков и в доме на площади Гриммо 12. Не хватало только суеты и шумных родственников. Но с тех пор, как Беллатрикс стала Лестрейндж, а Нарцисса — Малфой, с тех пор, как род Блэков пережил два предательства, они все реже и реже собирались вместе на Рождество, предпочитая общество друг друга ранее отвергаемым приемам и балам. Да и Пожиратели Смерти не знали перерыва в своем нелегком труде: Темный Лорд не дает выходные на праздники и больничные.

Впрочем, канун Рождества семьдесят девятого года обещал быть немного иным. Сегодня Беллатрикс ожидала гостей. Точнее гостя. Не то, чтобы она была удивлена, когда получила письмо от Регулуса с просьбой помочь ему в изучении окклюменции. Регулус всегда был любопытным и способным. Он задавал правильные вопросы. Принимал правильные решения. И, в итоге, сделал правильный выбор. Беллатрикс так радовалась, когда он поддержал Темного лорда и присоединился к нему. Она боялась, что кузен может последовать примеру своего старшего брата, пойти по его стопам. Но в этот раз гобелены в домах Блэков уцелели.

— С Рождеством, Регулус, — поприветствовала кузена Беллатрикс, когда домовой эльф привел гостя в библиотеку. Она решила, что это лучшее место для предстоящего занятия. Навевает воспоминания о днях, проведенных в Хогвартсе. — Приказать Вейкко принести тебе чай или что-нибудь еще?

Она улыбается, не спеша заводить разговор о причине визита. Окклюменция — дело тонкое и требует аккуратности, неспешности и осторожности. К тому же, Беллатрикс немного волнуется. Обучение окклюменции требует сосредоточенности и спокойствия не только от ученика, но и от учителя.

— Удивительно, что в канун Рождества, у тебя не оказалось других, более важных дел, — Беллатрикс допивает свой чай и отставляет чашку. И смотрит неожиданно серьезно и с подозрением: — Почему именно окклюменция? Ты же ничего не собираешься скрывать от Темного Лорда?

И смеется.
От Темного Лорда все равно ничего не скрыть.

32018-11-06 17:48:21
Regulus Black
ГОСТЬ

В доме Лестрейнджей Регулус впервые за этот день улыбнулся. Беллатрикс нельзя было заподозрить в том, что она примерная домохозяйка, но с каким вкусом и изяществом украшен сегодня Лестрейндж-холл, какими теплыми и праздничными кажутся теперь комнаты. У Рега возникли стойкие ассоциации с беззаботным детством и семейными праздниками, такими, какие они была раньше в большой и шумной семье Блэков. Наверняка, Беллатрикс тоже думала об этом. Хоть и сложно было представить себе ее ностальгирующей, но представить, что все это создано без ее особого на то желания — невозможно.
У него самого все было не так. Да, Критчер кое-как даже украсил дом, но это не радовало. Сириуса не было, а им троим было бы слишком одиноко, слишком явно не хватало кого-то. Орион отправился составить компанию Арктурусу за город, а Вальбурга — к своим родителям и брату. Рег мог бы пойти с кем угодно из них или даже согласиться пойти на любой из приемов, но он никогда не откажется от того, чтобы заглянуть к кузине — по поводу или без, а сегодня поводов была даже несколько. И если тематика Рождества радовала сердце, второй повод слегка заставлял нервничать.
Удачно, что дом так украшен. Обычно он нравится мне намного меньше.
— И тебя с наступающим, Беллатрикс. Я принес подарочки, но боюсь, они не влезут ни в один носок. Обещай открыть только утром! — с видом фокусника Регулус быстро достал из под мантии два свертка и положил их на ближайший к нему стол. — Да, пожалуй я бы не отказался от чая с чабрецом, если это нам не помешает. Ты уж прости, что я в канун праздника вломился в твой дом, надеюсь Рудольф не против.
От мороза за окном щеки Регулуса все еще были ярко розовыми, так что чай пришелся бы очень кстати. Книги, которые были в первом свертке, он приготовил для Беллатрикс давно, просто не было случая презентовать. Конечно, его яркая кузина не то, что он — книжный червь, но ее должны заинтересовать заклинания и ритуалы, скрытые в этих древних темных фолиантах. А второй подарок он купил сегодня, перед самым приходом. Догадываясь, что молодых женщин, даже если они твои родственницы, не впечатлить книгами, Рег поискал что-то по вкусу Бэллы. Крис нож, из многослойной стали со странным названием "памор", что так похожа на дамасскую — это должно порадовать сестрицу, с ее то страстью к холодному оружию. Продавец заверил, что на родине этого оружия, где-то в Индонезии, это мощный сакральный артефакт, но Рег совершенно во всем этом не разбирался — он просто хотел угодить кузине. И даже не потому, что она обещала научить его окклюменции, скорее потому, что давно ее не видел, а весь этот дух рождества, которым был пропитан дом, только уверил его в мысли, что глупо и невежественное было бы заглянуть сегодня без подарка.
— Мне девятнадцать, какие могут быть у меня дела, тем более важнее моей дорогой кузины, — с некой долей бравады Рег улыбнулся, но быстро стал серьезным — Беллатрикс задала крайне внезапный вопрос. Но он толком и удивиться не успел, как она рассмеялась. Действительно, ну как можно собираться скрывать что-то от Лорда? Юноша покачал головой. — Нет, от Темного Лорда могут мечтать что-то скрыть только самоубийцы и безумцы. Но кроме него есть и другие — те, от кого скрывать мысли было бы полезно. Уверен, ты изучала окклюменцию из этих же побуждений.

42018-11-08 23:27:58
Bellatrix Lestrange
ГОСТЬ

Беллатрикс радостно улыбнулась — кто не любит рождественские подарки? — и коротко обняла кузена. Свой подарок она решила вручить после того, как они закончат урок. Чтобы хоть как-то подсластить пилюлю, которая, возможно покажется слишком горькой. Нет, она ни капли не сомневалась в способностях и выдержке Регулуса, но первые занятия окклюменцией — не самое приятное времяпрепровождение.

Беллатрикс помнила, как проходило ее обучение и как она старалась спрятать мысли и эмоции, но раз за разом построенная в мыслях стена, которая должна была быть нерушимой, рассыпалась в пыль. Как чувствовала себя уставшей и опустошенной, будто дементор высосал из нее душу. Как стыдилась и ругала себя за провалы.
И как радовалась победам. Эта радость затмевала собой все неудачи, что постигали ее до.

Она взяла свертки: посмотреть, что скрывается за оберточной бумагой, хотелось сразу же, не дожидаясь следующего дня, но иногда действительно лучше повременить. Да и разве она не в состоянии усмирить свое любопытство, чтобы сохранить дух Рождества?

— Торжественно клянусь: открою завтра утром и ни часом раньше! И даже не буду выпытывать, что же внутри. — Беллатрикс рассмеялась, положила подарки обратно на стол и жестом пригласила кузена присесть. Расторопный домовик уже приготовил для гостя горячий чай и имбирное печенье.

— В девятнадцать может быть множество куда более интересных и важных дел, нежели кузина, — Белла театрально вздохнула и покачала головой, но все же не смогла сдержать улыбку. Конечно же, она была польщена. — Ты абсолютно прав, Регулус. И я очень рада, что ты понимаешь это. И что обратился ко мне. Но все-таки хочу спросить: действительно ли ты уверен?

Беллатрикс знала каким будет ответ, но все же не смогла обойтись без вопроса. В ней было сложно заподозрить способность к сочувствию и сопереживанию, к предупредительности и заботе о ближнем, но только не тогда, когда дело касалось семьи.

— Если ты чувствуешь тень сомнения, то мы можем отложить до тех пор, пока ты не будешь готов. В этом нет ничего страшного. И не думай, что я сомневаюсь в тебе, наоборот, — она ободряюще улыбается. — Но ты должен быть готов к тому, что я проникну в твою голову, в твои воспоминания. К тому, что нужно будет защищаться. Ты можешь попробовать обезоружить меня, отвлечь, но будет лучше, если ты выкинешь меня из своей головы. Еще лучше, если и вовсе не дашь туда забраться.

В первое время защищать сознание сложно и пускай она не была талантливым легилиментом, вероятность увидеть то, что ей видеть не следовало бы — высока. И точно так же высока вероятность, что Регулус сможет увидеть и узнать то, что Беллатрикс хотела бы сохранить в тайне. Нет, она доверяла кузену и знала, что он доверяет ей, но некоторым скелетам в шкафах лучше остаться замурованными там навеки.

52018-11-09 17:34:44
Regulus Black
ГОСТЬ

Удивительная выдержка! Даже Регулус не мог бы поручиться, что он дотерпит до следующего утра, если вложить ему в руки подарки прямо сейчас. Конечно, правильнее было бы просто передать по приходу эти свертки домовику, чтобы он вручил их в нужным момент, положил у елки или у кровати хозяйки — смотря как она больше любит. Но Рег не смог удержаться — счастливая улыбка, семейные обьятия, ему давно этого не хватало. Сегодня, в этом доме, где приятно пахло елью и цитрусом, они будто снова были в детстве.
Только вот Сириус и Андромеда не сидят в соседней комнате.
Иногда стоит одернуть себя. Даже если прошлое было прекрасным и сказочным, его не вернуть, все меняется. Они уже не те дети, что были когда-то. Беллатрикс замужем за нелюбимым, а сам Регулус живет без цели, они оба с метками на запястье и могут умереть и загреметь на остров. Одно только радует — раньше разница в целых десять лет конечно мешала, а сейчас Регулус чувствовал себя более взрослым, более равным ей. Блэк сел на диван и взял чашку — домовые в этом доме всегда делали восхитительный чай. Помедлив немного, взял имбирное печенье — он всегда его любил, некоторые вещи не меняются.
А окклюменция... Да, Темного Лорда не проведешь, глупо будет и пытаться, но есть другие волшебники — менее опасные, по сути, но все равно Блэку бы хотелось хранить свои тайны исключительно при себе. Жаль, что его родители не владели этим искусством в должной мере, но повезло, что не наняли в свое время учителя. Рег мог представить себе, насколько неприятно, когда абсолютно чужой человек копается в твоей сути. Нет-нет, любого он бы не попросил об этом. Беллатрикс же была не только хороша в этом искусстве, но и его любимая кузина, сложно было себе представить более подходящего человека для этого. Да и во всех других случаях, если у Рега долго не получалось заклинание, в конце концов он сдавался и приходил к ней. Как и сейчас — может как раз ради этой ободряющей улыбки на лице кузины и осознания, что она верит в него.
— Дело даже не в том, сомневаешься ли ты во мне — я сам в себе сомневаюсь. Не в том, что я действительно хочу овладеть этим, а в том, что у меня получится, сегодня или через месяц. Да, я прочитал все, что можно, но на практике это вряд ли мне поможет, не так ли? — Рег невесело улыбнулся. Если бы теоретическая часть решала, насколько ты хороший маг, он был бы лучшим среди всех его друзей, кроме может Барти. Но теория спасала не везде и не всегда, часто нужны были талант и сила воли; Регулус боялся, что такая сложная магия, как сокрытия сознания, ему просто не дастся. В конце концов, окклюменцией владеют далеко не все — и ничего, живут. Только вот ему это было нужно. — Да, я понимаю, что ты будешь копаться в моем прошлом, я морально к этому готов. Но если все таки найдешь какие-то грешки — главное матери не говори.
Весело добавил он, допивая чай. Все в магическом мире знали, что самый страшный человек из Блэков, кому не хочется попасть под горячую руку — это его матушка Вальбурга.

62018-11-11 22:50:55
Bellatrix Lestrange
ГОСТЬ

Чужие эмоции — это дым и соль, деготь и мед, порох и цветочная пыльца, оседающие на коже, застилающие глаза, заполняющие легкие и растворяющиеся на языке. Калейдоскоп, который может свести с ума своим разнообразием. Витраж, поражающий своей красотой и непостижимостью настолько, что легко потерять рассудок, если смотреть на него слишком долго. И только способные и трудолюбивые волшебники способны рассмотреть и цельную картину, и каждое отдельное стеклышко.

Чужие воспоминания похожи на сны, порожденные лихорадкой. Тягучие, липкие, реалистичные, но бессмысленные для стороннего наблюдателя. Если только он не знает, что искать. Но даже если знает, то лабиринт, который строит подсознание, стремясь защитить свои бесценные сокровища, пройти может не каждый. Только поистине талантливым и упорным в своем труде волшебникам удается беспрепятственно рыскать по закоулкам чужого сознания.

Беллатрикс была и талантлива, и упорна, но несмотря на это легилименция давалась ей хуже родственной окклюменции. Защищать свой мир, свое Я для нее было гораздо проще и естественнее, нежели забираться к кому-то в голову. Возможно потому, что ее редко интересовали другие люди. До одних ей не было дела. Другие были недостойны даже ее взгляда. Третьих же она слишком уважала, любила и ценила, чтобы позволить себе подобную дерзость.

Регулус, несомненно, относился к третьим. И именно поэтому она согласилась помочь. Нарушить его пространство самовольно, без разрешения Беллатрикс смогла бы лишь по приказу Темного Лорда, но даже тогда, как бы ей не хотелось этого признавать, пришлось бы поступиться многим, чтобы исполнить его. И даже тогда ей вряд ли удалось бы избежать угрызений совести. Но ни у кого нет причин для сомнений в лояльности Регулуса. А обучение окклюменции — это и не вторжение вовсе.

— Твои тайны — мои тайны. И я унесу их в могилу. — Белла была польщена таким доверием, хотя и не удивлена: кому если не Блэку, пускай и с иной фамилией в браке, может довериться Блэк. Разве не в этом суть семьи? — А уж на том свете даже тетушка их не достанет. Хотя...

Она рассмеялась и легкомысленно махнула рукой, отметая любые сомнения. Оба знали, что Вальбурга Блэк обладает множеством поистине удивительных талантов. Например, всегда быть в курсе того, что происходит, и устраивать настоящий Апокалипсис, если происходящее ей не нравилось. Но Беллатрикс уже давно выросла и больше не боялась укоряющего и угрожающего взгляда любимой тети Вальбурги. Да и вряд ли ее волновали проказы и тайны младшего сына. Регулус — не Сириус. И что бы он не сделал, не ранит так, как ранили поступки его брата. Уж в этом Беллатрикс была уверена. Уж кто кто, а Регулус Блэк не был, да и не мог быть предателем и глупцом, выбравшим неверный путь.

— Сейчас ты спокоен и, надеюсь, ничто тебя не тревожит, поэтому выгнать меня из своей головы будет гораздо проще, но чем ты эмоциональнее, чем меньше ты сосредоточен, чем меньше контролируешь себя, тем легче будет противнику залезть тебе в голову и узнать все, что ему нужно, — Беллатрикс поднялась и жестом попросила кузена встать. Один взмах палочки и вокруг уже нет мешающей мебели. Она будто бы готовила пространство для дуэли, но ведь по сути именно она им и предстоит. — Не забывай о контроле и...

Беллатрикс на секунду замирает, заговорщически подмигивает кузену и делает резкий взмах палочкой:
— Legilimens!

72018-11-16 18:03:46
Regulus Black
ГОСТЬ

Конечно Регулус волновался. Беллатрикс он доверял больше всех других людей, кого он знал, но все же... Юноша действительно сомневался, сомневался в себе и не только в том, сможет ли он достойно сопротивляться и в конце концов освоить это сложное искусство.  У него были и другие сомнения — не сделал ли он что-то, не ошибся ли, не найдется ли в его воспоминаниях хоть что-то, что сможет испортить мнение его дорогой кузины о нем. Что, если она разочаруется в нем, даже самую малость? Беллатрикс для него была идеалом. Такая яркая, сильная, решительная. Уж она то точно никогда не совершала ничего, в чем ее могут пристыдыть. А он? С таким братцем, как Сириус, Рег всегда чувствовал себя немного грязным среди прочих Блэков, будто буйные идеи его брата были заразными и могли накатить и на него. Делал ли он что-то плохое и недостойное? Насколько идеальным хорошим Блэком он рос?
Эти мысли мучили его даже до того, как он попросил Беллатрикс об обучении, в какой-то мере он в тайне надеялся, что она откажется. Тогда его воспоминания останутся только его, никто не полезет ему в голову и он сможет сказать сам себе, что сделал все, что мог. Конечно, это был глупый, низменный страх, но он был. И только стойкая уверенность, что навык окклюменции ему действительно необходим привел его к этому моменту. В конце концов, ехать в школу он тоже когда-то страшно боялся и тоже из-за того, что страшился оказаться недостойным. Хотя, в этом была некая связь — и Шляпа, и Беллатрикс заглянуть в его мысли, саму суть, тут не получится сыграть какую то роль. Но слова кузины о том, что она воспринимает его тайны, как свои собственные, конечно, успокаивали. Она верит в него, она поможет ему, а значит все будет хорошо.
— Спасибо. И за это, и за то, что согласилась.
Когда тебе говорят "будь спокоен", именно это конечно же сделать и не получается. Мысли бегут сумбуром, сердце все чаще отбивает ритм. Хоть ноги не подкашиваются — и на том спасибо. Регулус послушно встал, сжимая палочку рукой, хотя сомневался, что будет применять ее — это поединок сознания, только усилие воли поможет ему построить барьер и защититься, а заклинание — да, оно спасет и даже поможет атаковать, но такой необходимости у них не было. Почему же Рег все таки схватился за палочку? Как и любой волшебник, с палочкой в руке Блэк чувствовал себя более защищенным. Стараясь все же успокоиться, он глубоко вздохнул и постарался вернуться к теплым мыслям о чае с чабрецом, имбирном печенье, украшенному к Рождеству дому...
— Legilimens!
Он даже не успел испугаться — его вдруг захлестнуло странное ощущение, комната вокруг поплыла перед глазами и исчезла, взамен мелькали образы и целые картины его прошлого, чрезвычайно реалистичные — как будто он не стоял сейчас в этой комнате, а был там. Маленьким мальчишкой лез за братом на дерево, учился летать на своей первой метле под руководством дяди Альфарда, тушил их семейный гобелен, который Сириус поджег... События сменялись другими и все это были не просто картинки — с удивлением Регулус понял, что ощущает те эмоции, что испытывал тогда. Сильные, давно забытые эмоции, впечатления и чувства. И ему хотелось смотреть еще, это затягивало, Блэк смотрел видения прошлого и совершенно позабыл, в чем была цель его настоящего.

82018-11-26 19:39:51
Bellatrix Lestrange
ГОСТЬ

Память похожа на водоворот, затягивающий в глубину темных беспокойных вод. Воспоминания — трясина, медленно засасывающая внутрь сознания (одно неверное движение и вот ты уже застрял, проваливаешься все глубже и глубже, а шансов выбраться все меньше и меньше).
Но чужие воспоминания отличаются. Они схожи с диафильмом. Тысячи колдографий, заточенных в пленку, без остановки вращаются в алоскопе. Чужая память — кроличья нора, в которую падаешь, падаешь и не обращаешь внимания как летит время, только успеваешь рассматривать картинки, кажущиеся необычайно яркими в темноте.

Беллатрикс не замечает как проваливается в память Регулуса, не отмечает того мгновения, когда оказывается гостем и наблюдателем в его воспоминаниях.
Она наблюдает за тем, как кузен карабкается вслед за Сириусом вверх по стволу старого дуба, растущего на заднем дворе и невольно улыбается. Когда-то они с Андромедой так же лазали по деревьям, но матушка быстро пресекла подобные забавы, ведь они леди, а не сорванцы в юбках.
А вот дядя Альфард учит Регулуса летать, и Белла чувствует легкий укол зависти — она никогда не понимала почему Альфард всегда был чрезмерно благосклонен к кузенам, но с легкой прохладой относился к ней. Но не успевает она задуматься, как Регулус уже спасает гобелен от огня, и улыбка вновь озаряет ее лицо — в тот день Вальбурга не узнала о том, что натворил ее старший сын, зато Беллатрикс, заглянувшая вместе с отцом на чай и волей случая заставшая кузенов на месте преступления, старательно подражая тетушке отчитывала Сириуса, искренне наслаждаясь его недовольством.
В то время было так мало забот. Не то, что теперь.

Одно воспоминание сменяется другим и, кажется, им не будет конца. Беллатрикс ждет, когда кузен наконец-то приложит достаточное количество усилий, чтобы выкинуть ее прочь из своей головы.
Но вот она становится невольным свидетелем реакции Вальбурги на письмо Сириуса, в котором он пишет, что Шляпа отправила его к гриффиндорцам. И, видит Мерлин, ей совсем не хотелось наблюдать эту картину. А теперь Регулус проходит отборочные испытания в команду Слизерина по квиддичу и Беллатрикс невольно отмечает, что то ли природный талант, то ли уроки дяди Альфарда берут свое и кузен прекрасно держится в воздухе.
На следующем воспоминании, сменяющем предыдущее яркой вспышкой, Беллатрикс понимает, что Регулус Блэк погряз в собственной памяти и совсем не желает возвращаться в реальность.

— Ты не должен подпускать меня так близко.

Ей кажется, будто несколько секунд назад она тонула, а теперь кто-то вытащил ее на берег. С волнением оглядывает кузена — вряд ли он чувствует себя иначе.

— Не позволяй мне проникать в твою голову, не позволяй видеть то, что видишь ты. Представь, что на моем месте находится другой волшебник. Аврор, например. Представь, что тебе нужно защитить самое ценное, не дать ему не только увидеть, заглянуть, но и почувствовать, что есть какая-то тайна. Попробуем еще раз?

Она поднимает палочку и улыбается кончиками губ:

— Может тебе стоило задуматься о карьере ловца в одной из сборных? Legilimens

Будь на ее месте аврор, он бы точно постарался застать Регулуса врасплох.

92018-11-29 16:25:46
Regulus Black
ГОСТЬ

Может быть в недрах сознания все еще есть воспоминания,
В нем пред тобою стоит уже не враг, еще не друг.
Кукрыниксы. Наше время

Воспоминания сменяли друг друга — какие-то были яркими, какие-то будто смазанными, но Регулус как завороженный следил за сменой событий в своей голове. Он бы и не пытался выбраться, если бы Беллатрикс не остановила это его погружение. Будто вынырнув назад, в реальность, он осознал, как глупо и постыдно было вообще не сопротивляться и даже залился краской, внезапно найдя ковер библиотеки очень интересным.
— Да, извини. Я понимаю.
Может быть, дело было действительно в том, что вторжение Беллатрикс, ее управление его воспоминаниями не был ему неприятны. Он доверял ей, а не противился, к тому же посмотреть, что же там в его памяти было интересно. К этому довольно жуткому ощущению нужно было привыкнуть и Блэк со всем упрямством верил, что следующий раз у него получится точно лучше. Если нет — лучше сразу встать и уйти, не заставляя кузину наблюдать его никчемность.
— Legilimens
Рега даже хватило на то, чтобы коротко улыбнуться ловкой попытке разрушить его какую никакую сосредоточенность. И действительно, нахлынувшее воспоминание было о квиддиче — невероятный восторг от чувства полета и ликование от первого пойманного снитча. Но в этот раз он не купился на обманчивую яркость прошлого, а пытался все же отгородиться от вторжения.
И вот картинка сменилась снова. Рег, пытающийся сильнее сосредоточиться на желании построить вокруг своего сознания непроницаемую стену, даже не сразу понял, что это за череда событий мелькает перед его взором. Грязный переулок, рядом Пожиратель смерти; пленный аврор в пустом доме; кровь, пытки, его собственные страх и отвращение к тому, что происходит. Жалость. Чувство жалости перекрывает все прочие, заполняет всю его суть, хотя это — всего лишь воспоминание. Регулус помнил тот случай, те несколько дней пыток, когда его мутило от вида крови и ощущения неправильности их действий, Блэк был к этому не готов, ни тогда — ни сейчас. Он и не думал, что стыд за участие в этой пытке будет таким сильным, а ведь Беллатрикс наверняка его чувствует сейчас. Стараясь не отвлекаться на воспоминание, и переживания, что же о нем теперь подумает кузина, юноша делает глубокий вздох. Он спокоен, он просто должен быть спокоен, он пытается взять себя в руки и иногда кажется, что разгадка близка и Регулус вот вот справится, закрыв свое сознание. Но чего-то не хватает, какой-то мелочи, пока ему непонятной и череда воспоминаний сменяется вне зависимости от его желаний. Но воспоминание ли это? Блэк не помнит это событие — тогда был прием у Селвинов вечером и он позволил себе проваляться в кровати до самого обеда. Или нет? Регулус из прошлого не лежит в кровати в то утро, он отправляется в тот дом, хоть его не звали, хоть он даже знает, что сейчас там никого, кроме самого аврора в полузабытье. Младшего Блэка в настоящем бьет мелкая дрожь от того, что он видит и будто чувствует, ведь этого не было, этого просто не могло быть! Он пытается помешать, будто может это сделать, но ничего уже не изменишь, Блэк из прошлого действует четко и быстро — приводит аврора в чувство, вручает порт ключ и, проследив за тем, чтобы волшебнику хватило сил сбежать, возвращается к себе домой, где пьет зелья забытья. Это довольно слабое, но все же редкое зелье — его пьют обычно, пережив сильные потрясения, ведь оно скрывает, будто стирает воспоминания, но всего пары последних часов. Регулус был уверен, что это зелье сейчас лежит в его шкатулке под полом, где он хранил свои маленькие секретики такого вот рода. И парочка незарегистрированные и неактивированных порталов там тоже была — когда работаешь в Портальном управлении грех не воспользоваться ситуацией. Но если все это — не шутка, значит их там уже нет? Разве такое может быть? Он освободил аврора!?
НЕТ!
Нет-нет, это невозможно! Он бы не сделал этого, Регулус же хорошо себя знал! Это шутка, ошибка, просто его мысли смешались из-за всех этих воспоминаний и копания в его голове! Рег почти задыхался от ужаса осознания собственных действий, сердце отбивало бешеный ритм и теперь то уж он был уверен в том, что единственное, что он хочет сейчас — закрыться, остаться с своим сознанием наедине и пытаться как-то разобраться с этими воспоминаниями, которые он явно пытался скрыть даже от самого себя. И у него получилось — на пару мгновений он остался в своей голове совершенно один, хоть и чувствуя попытки прорваться к нему обратно.

102018-12-04 19:05:40
Bellatrix Lestrange
ГОСТЬ

Она резко — слишком резко — взмахивает рукой, и палочка с характерным свистом рассекает воздух. Неосознанное, ненужное движение. Будто магия спасет ее от увиденного.
Регулусу удалось ненадолго выдворить ее из своей головы, но она не замечает его успеха.
Еще один взмах и они возвращаются обратно.
Она не говорит ни слова. Даже не смотрит на кузена, скорее сквозь него, будто все еще пребывает там — в удушливом мареве воспоминаний, в которых железистый, густой запах крови забивается в ноздри, не дает дышать, чужая боль, чужой страх — приторно сладкие, знакомые, но неизведанные — маревом застилают разум, а чужая жалость просачивается сквозь поры таким чужим, незнакомым чувством.
Беллатрикс никогда никого не жалела.
Люди жалеют слабых. Беллатрикс Лестрейндж их презирает.

Кажется, нет ничего громче тишины, воцарившейся в библиотеке Лестрейндж-холла. Так замирает и замолкает весь мир перед оглушительным предсмертным криком или разрушительным ураганом. Неизбежной катастрофой.
И время останавливается, набирается сил, духу, чтобы спустя мгновение возобновить свой ход, обрушиться неукротимым потоком, снести все на своем пути за считанные секунды. Даже быстрее.

Она вздрагивает, будто очнувшись от неприятного сна, после которого нестерпимо сушит в горле и черный смолистый сгусток застревает в трахее. Она фокусирует взгляд и не узнает стоящего перед ней Регулуса. И взгляд этот выразительнее любых слов.
Но она все же решает спросить.

— Что это было? — чеканит слова равнодушно, без эмоций, но каждый звук как лезвие зачарованного клинка вспарывает повисшую тишину. Если бы Вальбурга ее слышала, то могла бы гордиться племянницей.
Хорошо, что миссис Блэк здесь нет.

Беллатрикс не может избавиться от картины, застывшей перед внутренним взором, будто магловская колдография. Или как они там их называют? Эти снимки, на которых никто не двигается, словно восковые фигуры или мертвецы, у них ведь есть название...

Фото. Фотография.

Она даже не задумывается откуда знает это чужое для ее мира слово. Все мысли занимает аврор — исхудавший от долгих, страшных пыток, со смутно знакомым лицом. Встречались ли они? И если да, то когда?
И Регулус, дарующий ему свободу.
Регулус Блэк.
Ее замечательный, правильный кузен.
Она не может поверить. Не хочет верить. Пытается найти оправдание. Самое логичное, самое простое объяснение произошедшему.

Она закрывает лицо ладонями, тяжело вздыхает, запускает пальцы в волосы, смотрит испуганно, будто перед ней не любимый кузен, но боггарт, разворачивается вокруг себя на каблуках и… смеется. Звонко, легко, будто Регулус только что пошутил. Какая смешная шутка. Ах, какая забавная!

— Это был приказ, да, Регулус?

Моргана, все же так легко объясняется, а она уже себе напридумывала страшного. Все так просто.
Очень-очень просто.

Скажи, что это был приказ. Просто скажи. И я не буду расспрашивать дальше. Мы просто продолжим наше занятие и не будем возвращаться к этому аврору, порталу, что ты ему вручил, зельям. Никогда не вернемся. Пожалуйста. Только не ты, пожалуйста, только не ты. Я не вынесу еще одного предательства, да еще и от тебя, Регулус Арктурус Блэк. Вальбурга с Орионом не переживут, ты убьешь их этим. У отца разобьется сердце.
Просто скажи, что это был приказ, хвосторога тебя побери!

Впервые Беллатрикс Лестрейндж не приказывает. Даже не просит. Она умоляет.

112018-12-05 18:20:33
Regulus Black
ГОСТЬ

Его бьет дрожь, все тело стало ледяным и непослушным, будто он бегал зимой без верхней одежды как минимум целый час и продрог до костей. Регулусу было страшно, чертовски страшно. Первый шок и неприятие прошли и он наконец-то понял, до него дошло, что он, Регулус Блэк, действительно сделал это — освободил того аврора. Это больше не казалось ему наваждением или ошибкой, Беллатрикс оставила его сознание в покое и теперь он помнил, что сделал это. Теперь он знал наверняка, как знал и причины, толкнувшие его — Регулус был согласен убивать врагов, но это... Это было слишком, слишком для него. Пожиратель пытал и аврора, и самого Регулуса, заставляя перешагнуть через свои идеалистические принципы.
И я не смог.
Он бы не смог убить этого аврора, не смог и дальше смотреть на его мучения. В этом было благородство, которому его учили с самого детства, которое сквозило в гордости за семью, которое разжигали рыцарские романы и тот хваленый этикет, в котором Регулусу не было равных. Но сейчас Блэк чувствовал себя грязным жалким трусом. Именно трусом, ведь он не смог продолжать не из-за того, что выше убийств, а потому, что слишком слаб для этого. В глубине души Рег прекрасно понимал, почему он решил скрыть этот поступок даже от себя — это было проще, оставаться собой, ничего не зная, не мучаясь от этих постыдных мыслей, не боясь, что обман раскроется и за ним придут. Сейчас у него не было сил восхищаться собственным обманом, но такой ход мыслей поражал, конечно. В прошлом Регулус предусмотрел все, что можно было — в конце концов, никто так и не понял, что это сделал он. Его подвело только желание научиться окклюменции, уж об этом он себя в будущее предупредить не мог — и вот, он стоит здесь, как раскрытая книга.
— Что это было?
Запоздало Регулус понимает, чем именно ему грозит раскрытие. Беллатрикс не только его любимая кузина, но и вернейшая из сторонников Темного Лорда. Она — идеал, у нее нет его собственных постыдных слабостей, а значит он обречен. Полчаса назад они говорили о подарках и убранстве дома, а теперь от ее тона Блэк внутренне содрогается и боится поднять глаза, чтобы Беллатрикс не увидела в них его страх. Конечно, Регулус боится умереть. Да еще и так глупо... Стоила ли жизнь того аврора его жизни? Конечно нет. Но Темный Лорд ведь не прощает. Хотя Рег, конечно, попытается вымолить прощение — даже не перед Ним, перед ней. Ему почти физически больно от мысли, что кузина разочарована в нем, что он подвел и не справился. Регулус готов все обьяснить — да, он сделал ошибку, но не все же должны проходить через кровь. Он может быть полезен Темному Лорду в чем-то другом... Да и всего один проступок... Беллатрикс поймет его и даже если не простит, он должен попытаться. Блэк не хочет умирать предателем в ее глазах.
— Это был приказ, да, Регулус?
Он уже открыл рот, чтобы сказать все это, как фраза кузины его останавливает — Регулус ее не понимает. Неужели Беллатрикс не поняла, что случилось в его воспоминаниях? Что он сделал все это на самом деле? Это невозможно. Ее тон приказывает ему посто кивнуть, как неваляшке, но... Осознание того, что именно она делает для него, пришло вместе с следующим ударом сердца, но Регулус не верил в это еще пару мгновений. Ему пришлось сделать глубокий вздох, чтобы как-то успокоиться и его голос не дрожал, а затем Блэк поднял глаза на кузину и даже улыбнулся уголками губ, будто то, что она спросила, было весьма дежурной фразой.
— Конечно. Это входило в изначальный план.

122018-12-17 22:25:43
Bellatrix Lestrange
ГОСТЬ

У всех есть свои слабости и Беллатрикс — не исключение.
Как бы ей не хотелось быть самым стойким оловянным солдатиком на поле боя, как бы не желала она прослыть непобедимой и бессердечной, как бы ни была предана Темному Лорду и его идеям, как бы отчаянно не сражалась и как бы истово не верила в превосходство чистой крови и новый лучший мир, который им предстоит построить, но даже у нее была ахиллесова пята. Уязвимое место, которое могло довести до беды и могилы.
Семья.

После того, как Сириус окончательно отрекся от Блэков, после побега Андромеды, больше всего она боялась потерять Нарциссу и Регулуса. Узнать, что они отказались от убеждений и взглядов, которые впитали с рождения, от всего, что было было им дано кровью и именем, узнать, что они поступились всем ради призрачных, чужих идеалов, мнимой свободы, призрачного права выбора и иллюзорного равенства. Она боялась, что не сможет вынести еще одного предательства, что все то человеческое, оставшееся в ней, не стертое бессчетным количеством боли, которую она причинила, жизнями, которые она отобрала и разрушила во имя будущего, умрет и окончательно превратит ее в безжалостное чудовище, несущее только разрушения и смерть.

Именно поэтому она обманывает саму себя, в глубине души отлично понимая, что никто не отдавал никакого приказа, что план изначально ничем не отличался от предыдущих и последующих, что кузен просто дал слабину. Или наоборот оказался слишком смелым.

Было ли благородство в его поступке? Стоила ли чужая жизнь такого риска? Беллатрикс предпочла не задумываться об этом.

Она не задает больше никаких вопросов, хотя они занимают все ее мысли — жужжащий рой в голове, от которого не отмахнешься и не избавишься. Тысячи жалящих пчел, сулящих мигрень и тревогу. Она не говорит ни слова, только счастливо выдыхает и улыбается.

Если ты предашь, месть Его будет страшной. И я не смогу помешать. Не буду.

Она надеется, что Регулус все понимает и осознает какими будут последствия, если он вновь ослушается, если позволит себе слабость, если решит, что достаточно умен и хитер, чтобы обмануть Темного Лорда, если окажется достаточно смел и безрассуден, чтобы предать его. Она надеется, что этого не случится. Вспоминает слова Родольфуса об испорченной крови сыновей Вальбурги и Ориона. Об испорченной крови Блэков. Неправильном воспитании. С ненавистью твердит себе, что он не прав и прав не будет.

Ей хочется разразиться монологом о том, что на их войне нет места для жалости, о том, что им приходится жертвовать собой, переступать через себя, но иначе не построить новый мир, в котором не придется прятаться и скрываться, мир, который будет существовать для них, в котором все встанет на свои места, перевернется с головы на ноги.
Но вместо этого Беллатрикс спокойно интересуется, будто ничего и не было:

— Продолжим? Ты уже понял, что делать.

Теперь тебе есть, что скрывать и что защищать.

— Legilimens

132018-12-20 14:59:11
Regulus Black
ГОСТЬ

Так вот, он говорит ей — сестра, мне некуда возвращаться, кроме войны,
Спасибо, слушай, мне правда с тобою сегодня было тепло;
А под огнем не помнишь вкуса вина, но не знаешь вкуса вины…
И он уходит обратно в ночь, тяжело подволакивая крыло.
Мельница. Война

Кажется, его сердце бьется даже быстрее, чем движется секундная стрелка больших напольных часов в правом углу комнаты. Вскрывшаяся правда неопровержима, но как же хочется ее оспорить, спрятаться обратно в кокон неведения. Освободить аврора, какая же глупость! Непозволительная глупость для такого ответственного юноши, как Регулус Блэк, по многим причинам, главной из которых является Темный Лорд. После пыток и побега прошел уже месяц, и по тому, что Блэка никто так и не заподозрил, можно было сказать, что он невероятный счастливчик. Но как теперь с этим жить? Жить и не опасаться косых взглядов, хитрых усмешек, разоблачения? К ощущению собственной ничтожности примешалось чувства стыда, раскаяния и вины — вот чем Регулус был сейчас полон до краев. Он не сводит взгляда темных глаз с лица кузины, в глубине души будто опасаясь, что сейчас она передумает и перед ним разверзнется ад, справедливое наказание за его проступок.
— Legilimens.
Ох не такими Рег представлял себе занятия с Беллатрикс. Конечно, в окклюменции самой по себе приятного мало, но этот резкий переход от их теплой беседы, полной родственной любви и доверия к страху и сомнениям... Блэка это гнетет, тяжелым грузом окутывая душу, нашептывая, что теперь они не смогут доверять друг другу больше никогда. Но разве поступок Беллатрикс — не высшая степень любви и верности? Она спасает его жизнь, частично рискуя своей, закрывая глаза на его ужасную ошибку.
Кузина еще успевает заглянуть в первое всплывающее в его голове воспоминание — встреча с Темным Лордом, которую устроила она же всего какой-то год назад в этой самой библиотеке. Блэк заново чувствует восторг и гордость, переполнявшие его в тот вечер... Как же он был счастлив тогда — неужели что-то могло так сильно все изменить? Регулус с усилием, но все же закрывает свое сознание, представляя себя будто в космосе, в окружении пустоты и далеких звезд, не позволяя чужой воли направлять его сознание и управлять воспоминаниями. Нет, Рег справляется с этим не потому, что боится свою кузину, как чертовых аврорских ищеек, стремящихся прознать его страшные тайны. Он бы доверился ей полностью, если бы она попросила, если бы решила узнать, насколько далеко зашли его глупые благородные порывы... Но Беллатрикс не требует, на его счастье. Блэка поддерживает другая мысль, он в конце концов осознал, почему окклюменции так неохотно и тяжело учатся — свои тайны, даже если уже и не помнишь о них, хранишь сам. А сейчас он будто разделил свои вину и ответственность с своей дорогой сестрой, сам того не желая. Пусть и веря ей безраздельно, Регулус наконец-то понял, что тайны даже такого незначительного кусочка пазла, как он, пока еще слишком молодой волшебник, могут быть опасными не только для него.
Убедившись, что ему вроде бы хватает силы воли сдерживать попытки пробраться в его голову, Регулус рискнул открыть глаза, рискуя потерять с таким трудом приобретенную концентрацию. Но у него получилось оставаться закрытым от кузины. Конечно, нужно будет еще тренироваться, Блэк понимал, что сейчас любая мелочь — вскрик, стук, звон часов могут разрушить его хрупкую защиту, но начало положено. Раньше Рег думал, что этот будет моментом огромного счастья, но сейчас думал лишь о том, какой ценой ему достался этот навык. И все же он улыбнулся кузине:
— Я не так уж и безнадежен, не так ли?
Я больше тебя не подведу, я справлюсь